Тершукова Елена - Первый поход

Мы – пионеры семидесятых!
Наш пионерский отряд очень гордился этими словами (нас принимали в пионеры именно в 70-м году). И активно участвовал во всех тогдашних пионерских делах: сбор макулатуры и металлолома, шефство над октябрятами и тимуровское движение, «Зарница» и смотр строя и песни – все нами подхватывалось с энтузиазмом и пионерским задором.
А когда в шестом классе победили в конкурсе инсценированной песни с песней Окуджавы «До свидания, мальчики», наша классная на сборе сказала:
– Я вижу, что класс – настоящий дружный пионерский отряд. Как говорится, с вами можно в разведку. Ну, в разведку мы не пойдем, к счастью. А вот в поход можно. Предлагаю совершить его, как только начнутся летние каникулы.
Кто-то недоверчиво протянул:
– С родителями? Или с учителями?
– Зачем? – улыбнулась Валентина Николаевна. – Одним вам, конечно, не разрешат. А со мной, как классным руководителем, разрешат. Если я возьму на себя ответственность. Как считаете, справлюсь я одна с целым классом? Будете меня слушаться?
От криков «Конечно», «Будем», «Ура» с чердака над нами, наверное, всю пыль разом в окно выдуло.
Весь май класс лихорадило не от годовых контрольных, а от споров: что брать с собой? Кто-то приводил в пример старшего брата-студента, кто-то что-то видел по телевизору, прочитал в книге или журнале. Куда идти – вопрос не стоял. Путь предполагался длинный, тяжелый. Возможно, даже с настоящими опасностями.
В четырех километрах от нашего карельского городка Пудожа междугороднюю ухабисто-разбитую дорогу пересекала маленькая лесная речушка Вёлмукса. Вот до нее-то и надо было дойти. Потом спуститься с дороги, пройти метров сто вдоль речки до «прекрасной полянки в лесу», как сказала Валентина Николаевна. Впрочем, это же Карелия. Там лес везде.
Но целых четыре километра! Они нам представлялись просто огромной бесконечностью. Вполне возможно, что мы доберемся до Вёлмуксы только ближе к вечеру! Серьезно рассматривалась вероятность ночевки в лесу. Не идти же обратно на ночь глядя. Начали соображать, где взять палатки. Одну, четырехместную, точно обещал Сашка. А в нее, он сказал, человек десять спокойно поместятся. Осталось раздобыть всего две.
Но тут Валентина Ивановна нас жестоко разочаровала. Ночевать в лесу, сказала она, нам никто не разрешит. Вернуться домой надо до ночи. Иначе ей попадет по педагогической линии.
Ладно, однодневный так однодневный. Тоже неплохо.
Толик и Витька предложили ехать на великах. А то пешком рюкзаки тяжело нести. Тут же были заклеймены как слабаки и губители идеи. Ну какие велики, спрашивается? Поход же, а не поездка!
Бывалая пионерка предвоенных лет, Валентина Николаевна рассказала, что должен взять с собой каждый. Ложку и железную кружку, и никаких мисок-тарелок. В походе каждый грамм поклажи важен. Еду в кружку положим, а потом из нее же чай будем пить. Хлеб, соль, спички – обязательно. Бутерброды и что-то к чаю: печенье, пряники, конфеты.
– А спички зачем всем-то брать? Мы же не собираемся лес поджигать с разных сторон? – прищурился Витька, обиженный тем, что его идею с великами не поддержали.
– На всякий случай. Вдруг дождь? Хотя бы у одного человека из всех они останутся сухими.
– Ой… а если и правда дождь? – тут же приготовилась пустить слезу Олька. – Что это за поход под дождем…
– Ты, Оленька, можешь дома сидеть. А мы, если что, шалаш из еловых веток сделаем, – сморщился Леха.
С едой после долгих споров так решили: макароны в лесу варить глупо. Картошку на такую ораву слишком тяжело нести и чистить никому неохота. Половина класса гречку не любит, половина – рис. Остается перловка. Вот на нее согласились с великим воодушевлением: все помнили, как зимой играли «школа на школу» в Зарницу. И нас кормили изумительно вкусной перловкой, пахнущей дымком, сваренной в настоящих котелках на настоящих кострах. Масло только надо взять. Пачки хватит, наверное.
– В кашу одной хватит. И еще две – так, – сказала классная.
– Зачем? – удивились мы.
– А вот увидите, – загадочно улыбнулась она. – И хлеб берите в расчете одна буханка на двух человек.
– Да ну… мы же бутерброды берем. Зачем хлеба столько? Его и есть-то никто не будет.
– Берите-берите, – засмеялась она.
Наконец все было распределено. Мальчишки обязались обеспечить ножами и даже топориками (Сашка обещал настоящий туристический), девочки – нитки-иголки (классная сказала, надо) и три килограммовых пачки перловки. Хотели пять, но решили, что из расчета пачка на десять человек хватит трех. С котелками и чайником для костра сложностей не возникло: мы же в Карелии жили, и почти у всех отцы рыбачили. А какая рыбалка без ухи и чая с костра!
Собирались у стелы, обозначавшей выезд из города. В восемь утра. Некоторые предлагали в семь, а то и в шесть, чтобы времени на поход больше было, но классная возразила:
– Надо, чтобы солнце повыше поднялось. Чтобы хотя бы одна сторона дороги не в тени была. Иначе комары заедят.
С карельскими комарами не поспоришь…
Одно спасение от этих извергов: не любят солнце и ветер. «Гвоздика» от них почти не помогала. Вот «Дэта» – хорошо, но пойди достань ее. Поэтому аргумент «отсутствие тени» был с пониманием принят.
Витька с Толиком все-таки прикатили на велосипедах. На возмущенный крик парировали:
– А если с кем-то что-нибудь случится? Например, ногу поранит? Повезем на велике.
Ладно, решено было считать велики санитарным транспортом. А пока у девчонок взяли рюкзаки и увесили ими велосипеды, сколько влезло. И хитрым товарищам пришлось все это катить. Правда, потом сжалились над ними, и мальчишки по очереди этот груз волокли.
Шли мы почти с комфортом. Дорога свободна: суббота, лесовозов нет. Рыбаки на редких «газиках» и мотоциклах уже проехали. Комары улетели в теневую чащу на дневной сон. Только вот рюкзак, вроде бы поначалу не тяжелый, начал лямками плечи натирать. Ну да, я же по-честному решила сама его нести, что это за поход без рюкзака – прогулка просто. И не отдала на велосипед. Хорошо хоть Танька, моя подруга, оказалась не такой принципиальной, и свой рюкзак сбагрила. Так что мой мы по очереди несли.
Полянка оказалась то, что надо. С одной стороны речкой огорожена, с трех – кустами, плавно переходящими в обычный дремучий лес. С огромными елками и редкими, будто светящимися на фоне темно-зеленого, высокими тонкими березами. Вдоль узкой, шириной всего-то метров пять, речки –полоса песка, словно нарочно для нас пляжик соорудили. Дальше – ковер нежнейшей, еще не успевшей загрубеть от солнца, травы. Все как по заказу!
Мы тут же на этой травке и разлеглись. Устали же. Такой путь проделали пешком-то! Да и проголодаться успели. Поэтому решено было позавтракать. Расстелили два покрывала, разложили бутерброды… и как-то быстро все съели. Хотя казалось, что их очень много, каждый ведь брал с запасом. Но… съели. Лесной воздух, что ли, подействовал? Или на долгую-долгую дорогу в целых четыре километра все силы истратились? Валентина еле успела нас остановить, чтобы пряники с печеньем да конфетами на чай оставили.
Пацаны принялись разуваться-раздеваться: чистейшая прозрачная Вёлмукса манила немедленно искупаться. Но классная объявила:
– Делу время, потехе час. Сначала заготовьте дров, сделайте костровище и устройте костер. Перловка варится долго, надо сразу поставить ее варить. А то до вечера ждать будем. Только не вздумайте деревья рубить, или ветки. Сможете сухостоя раздобыть?
Мальчишки фыркнули, иронически пожали плечами… и через полчаса у нас была целая гора прекрасных сухих нарубленных веток разной толщины. Выбирай на вкус!
Готовить перловку вызвались мы с Танькой. Почему-то некоторые отсталые комары, ничего не знавшие о вреде солнца для их хрупких комариных организмов, решили, что именно мы с Танькой самые вкусные. Никого не кусали, только нас с ней! А у костра – дым. Которого комары уж точно боятся. Дым-дымом, но и «Гвоздикой» мы изрядно намазались.
– Ну вот, – сказала классная, когда костровища были устроены по всем правилам и уложены дрова, сухие щепки, береста, – кто сможет разжечь костер с одной спички?
Мы снова недоуменно переглянулись. Да кто угодно! Отопление в городе было тогда печным, и топить печки все прекрасно умели.
Я, недолго думая, достала из рюкзака коробок, чиркнула спичкой… готово! Огонек, сначала потихоньку, быстро начал разгораться.
– Ленка! Ну вот что ты сама-то, и не дала никому поджечь? – взвыли пацаны.
Я пожала плечами:
– Я же варить буду. Значит, и огонь на мне. Вы лучше рогулины для котелков сделайте да воды почище, с середины, принесите.
Вскоре крупа была засыпана в котелки, залита водой. Валентина Николаевна сказала, что на котелок надо меньше пачки, иначе крупа разварится и начнет из него вылезать.
– Помните, как в том рассказа? – засмеялась она.
А потом таинственно прижала палец к губам, поманила нас с Танькой рукой к своему рюкзаку и показала две банки тушенки.
Тушенка! Настоящая! По банке на котелок! Так это у нас вообще царский обед будет!
А пацанам теперь уже ничто не могло помешать купанию. Речку умная Валентина Николаевна правильную выбрала: самому низкому из нас, Сереге-мелкому, на самой глубине едва доходило до груди, а Сереге-длинному так и вообще только до пояса. Тем не менее мальчишки устроили такую кучу-малу в воде с хватаньями друг друга за ноги, брызгами и дикими криками до неба, что девочки решили купаться потом. А пока на солнышке посидят.
Накупались парни до синевы. Какое дальше развлечение? Лес! Там ведь как раз сейчас ландышей полно. А может, и еще что-то интересненькое найдется.
Валентина Николаевна предупредила, чтобы глубоко в лес не заходили, заблудитесь – кто вас искать будет? Мальчишки, конечно, закричали, мол, ерунда какая, сколько раз за грибами ходили, и ни разу не заблудились. Тогда она вздохнула:
– Не хотела вам говорить, чтобы не пугать. Да и вообще думала поход отменить. Мой знакомый лесник сказал, что недавно неподалеку от этих мест видели семью волков. Конечно, летом они обычно не нападают, в лесу много всякой живности, но кто их знает. Лучше все-таки держитесь поближе к поляне. Если что, огнем отпугивать будем.
Мы, конечно, не поверили. Нарочно так говорит, чтобы в лес не заходили.
А потом пацаны игру себе придумали: кто выше на елку заберется. Орали с этих елок так, что не только волков, а и медведей распугать могли бы. Если б они там были.
Но вдруг Серега, сидевший выше всех и издававший самые дикие вопли, замолчал. Спустился как-то быстро. Стоит, отпыхивается. Потом вздохнул пару раз. И нерешительно говорит:
– Ребя… вы только не бойтесь… и правда, похоже, волк. Там такая полянка небольшая недалеко. И вот на ее краю точно видел две зеленые точки, светятся из кустов. У волка так светятся, батя говорил…
Класс мигом унесло от края леса к костру. Стоим вокруг него. И что теперь делать? Домой удирать? Жалко… но и страшно: а вдруг и правда…
Классная на нас посмотрела и говорит:
– Думаю, если там волк, он сюда не сунется. Слишком много людей, побоится. Да и дымом пахнет от костра, дым-то как раз в сторону леса. А давайте его отпугнем! Чтобы наверняка. Можно, например, кричать, но лучше хором песню спеть. Песня дальше улетит, чем просто крик.
И кто-то затянул… «Интернационал». Просто совсем недавно мы его на музыке учили. Сначала со страху голосили, а потом воодушевились от собственного пения. И второй раз уже с душой исполнили. Грозно. Да уж… вряд ли дремучие карельские леса когда-либо слышали такой звонкий пионерский «Интернационал»!
Потом с тем же энтузиастом спели «Орленок, орленок», «Там вдали, за рекой». А нашу любимую «До свидания, мальчики» – уже не чтоб волков отпугнуть, а так, для души. И даже «по ролям», мальчики и девочки.
Немного успокоились. Мальчишки достали карты. Игральные. Кто в карты играл, кто «болел»…
Пока развлекались, перловка подоспела. А уж когда мы в нее тушенку размешали, такой запах закружился, что все от нетерпения чуть не стонали. Котелки вылизали до блеска. И чай готов: прямо в чайник пачку чаю высыпали. А кому крепко или горячо, пожалуйста, речка рядом, разбавляй по вкусу.
Кто-то из мальчишек протянул:
– Вкусно… я бы, наверное, один целый котелок съел…
– Ну вот, – засмеялась Валентина Николаевна. – А спрашивали, зачем хлеб. Нарезайте, да мажьте маслом.
Умяли и хлеб с маслом, потом и без масла, просто круто посолив, когда оно закончилось. И все, что «к чаю», и чай тоже выпили. Кто с сырой речной водой пополам, кто просто так воду хлебал. Не забывая, однако, сахарного песку сыпануть. А чего, его много, целый килограмм.
Зато наелись, наконец, так, что шевелиться лень было. Улеглись на травке, просто болтали, что-то вспоминали смешное.
Сашка начал насвистывать популярную песню…
Увлечение гитарами еще не пришло. Все это: гитары, душевные романтические песни у костра – будет у нас через два года. О кассетных магнитофонах мы знали пока только благодаря кино. Единственная развлекательная штука – Серегин транзистор. Настоящий ВЭФ-204, шикарное и вожделенное чудо! Вот только Серега сказал, включит не больше, чем на час. Батарейки быстро садятся, а их не купить. И еще Серый никому не дал его трогать. «Сломаете, мне потом домой можно не приходить», – хмуро бросил он и стал крутить ручки настройки. «Наши» разговоры и песни мы с негодованием отвергали. А вот когда ловились обрывки передач на разных языках или, что совсем уж удача, песни, мы слушали почти не дыша. И на волнах эфира уносились «туда». И мечтали, конечно, что когда-нибудь поедем в эти заманчивые дали. В ГДР, например. Или в Чехословакию, Венгрию, Югославию. Да хоть бы и в Америку! Человечество на Луну уже слетало, подумаешь, Америка!
Когда радиочас закончился, Валентина Николаевна вздохнула:
– А мы когда-то вот так же вокруг радио семьями собирались. Такие черные круглые тарелки были…
Напоследок решили еще искупаться.
Девочки набрали ландышей, оборачивали их мокрыми газетами, в которые раньше были бутерброды завернуты.
И вот вроде бы ничего не делали, отдыхали, а устали все, будто проработали день. И рюкзаки теперь пустые, а как камнями набитые. Решили по справедливости: пусть теперь каждый сам свой несет. Витька и Толик тоже ведь устали. А с великами вот что придумали: двое едут немного, ждут остальных. Потом – следующая пара. Оказалось, что так намного легче. И едешь, пусть немного, и пока остальных ждешь – отдыхаешь. И азарт: когда уже моя очередь прокатиться? Считалочки устроили, и сами же смеялись: вот детский сад!
Домой я пришла так пропахшая «Гвоздикой» пополам с дымом, что меня тут же отправили в баню. В которой я чуть не заснула прямо на полке.
***
В походы мы потом разные ходили. И в школьные, и в студенческие. Но каждый раз, собираясь на встрече выпускников, обязательно вспоминали именно этот, первый. И как мы волков «Интернационалом» отпугивали.