Березина Полина - Пеликан
Он проснулся на рассвете, когда рыбаки, громыхая вёдрами, тяжёлой поступью проходили по подмосткам. Грубая ругань, скрип канатов и хлюпанье резиновых сапог дали ему понять, что наступило особое время - завтрак. Неуклюжей вальяжной поступью, переваливаясь с боку на бок и ощущая под собой прохладный песок, он нагло поплёлся за самым последним рыбаком, - ворчливым мужчиной в оранжевой шапочке.
- Опять ты? - донёсся знакомый хриплый голос. - Сутки, небось, ждал меня, пройдоха.
А дальше - грохот бочек, гогочущий хохот и запах дешёвого табака. Старое судно содрогалось вместе со своими обитателями и лениво отползало от берега. Сначала было видно яркие контейнеры, дальше шли высокие неповоротливые краны, ещё дальше заканчивалась спокойная бухта, а ещё дальше... А дальше был океан. Такой большой, и, наверное, такой холодный. Где-то под самым небом вились чайки, солёные брызги задорно летели в лицо, а судно, пробудившись ото сна, привычным ходом шло, рассекая волны.
А что же он? Тот странный пассажир, что преспокойно взошёл на борт, не предъявив билета и с невозмутимым видом сидел теперь подле старого рыбака в оранжевой шапочке? Он не вызывал никакого возмущения у морских волков - мужчины каждый день видели этого любопытного господина, который с нескрываемым интересом вертел своей головой во все стороны и словно бы спрашивал: «а чего это вы тут делаете?».
Впрочем, вопрос этот он задавал больше из вежливости и желания поддержать разговор: ему и без лишних слов было ясно, что не успеет солнце дойти до зенита, как он выполнит свои ежедневные задачи.
И вот, внезапно, судно замедляется. Рыбаки начинают суетиться - вытаскивают сети. Лодка подрагивает от предвкушения предстоящей охоты, а мужчина в оранжевой шапочке начинает улыбаться и потирать руки.
- Подходим к косяку! - кричит чей-то басовитый голос. - Проверьте трал!
- В порядке! Что там?
- Сельдь!
А дальше на палубе - хаос. Сети кладут по две стороны бортов и цепляют лебёдкой. Что-то происходит, раздаётся протяжный скрип и через мгновение огромная белая сеть медленно тонет в морской пучине. Через минуту судно идёт уже полным ходом, а рыбаки медленно расходятся, оставляя палубу в полном одиночестве.
- Видишь, эвона как, - обращается к пассажиру старый знакомый в оранжевой шапочке. - Ты погоди, щас косяк пройдём и на твоей улице праздник будет.
Спустя часы звучит сирена и пассажир оживляется - это знак. Торопливо он спрыгивает с привычного насеста и смешно плетётся к борту. Он знает, что сейчас начнётся. Рыбаки горстями высыпаются на палубу и возобновляется полуденная суета. Визжат лебёдки и огромная белая сеть медленно появляется из океанских глубин.
- Да аккуратнее ты, балда, дождись пока крылья уберутся, а уже потом трал к слипу подтаскивай, - бормочет оранжевая шапочка и что-то коротко и грубо кричит.
Уже через полчаса сеть, сверкающая радугой на солнце от бьющейся внутри рыбы, втащена на палубу. Узлы расслабляются и вся морская фауна оказывается на борту. Тотчас знакомый нам пассажир оказывается в первых рядах и с жадностью набрасывается на рыбу. Судно сотрясается от смеха.
- Экоего нахлебника вы нам нашли, капитан, - гогоча, обращается один из морских волков к оранжевой шапочке. - Из-за него, небось, нам и ставят в протоколе недовес: ему дай волю, он тут весь свежак пожрёт.
- Не боись, салага, друг мой хотя бы не пьёт столько спиртного, сколько вы в одного выдуть можете.
День клонится к закату. На судне праздник - все обсуждают сегодняшний улов. И только гость задремал, устроившись подле своего друга в оранжевой шапочке. Старый капитан долго смотрит на своего компаньона, и только после идёт к остальным. Там его уже ждут.
- Как прибудем, придётся разбудить, - бормочет он. - Небось опять будет на пляже ночевать. Домик ему что-ль сколотить?
- Неужто прям домик? - смеются во весь голос рыбаки. - Может и нам для чаек скворечник какой-нибудь сварганить? Экий ноев ковчег у нас выйдет!
Все снова хохочут. И только один рыбак, ещё совсем молодой, незаметно подходит к капитану и спрашивает:
- И всё-таки, капитан, всё никак в толк не возьму, зачем нам на судне пеликан? Все же знают - дурная это птица для рыбака, прожорливая.
- Хороший ты малый, хоть и несмышлёный. - Ответил мужчина в оранжевой шапочке. - Прожорливая пеликан птица или нет - решать не нам. Если кто-то наверху сказал, что быть этой птице обжорой, значит на то есть великий замысел. Отбился он, летать не может, только бегает как курица. Что прикажешь с ним делать? Бросить? Э, нет, парень, у нас, морских волков, так не принято. Здесь, на моём корабле, все мы семья и помогаем друг другу, не важно, человек ты или пеликан.