Фартук
бабушке М.М.
Только фартук истёртый, Мария, остался в углу,
где забытые временем вещи уткнулись в золу –
как слепые в окно.
Фартук помнит корову, подойник, гусей и зерно.
Не разгадан рисунок – подолом он весь темнота,
как в колодце вода.
Надевая его, я легка становлюсь и мала,
выхожу за скрипучую песню твоих половиц:
в это утро, в безмолвие птиц,
молоко и трава.
Сад зарос тишиной – так молчат не вернувшись назад,
поредела листва.
На ладонях у яблонь младенные яблоки спят,
собираю упавшие в фартук – мне каждое брат.
О тебе, прижимаясь к друг другу, они говорят,
глубоко им в подоле, что видно мерцанье во мгле,
и бока их в земле.
***
Кормлю в саду скворчиху и синицу
на бочке, перевёрнутой вверх дном.
Не бог весь чем –
тем, что смогло скопиться
в карманах:
крошки пополам с пшеном.
Сверхзвуковой ведёт по небу вычерк:
кого из книги вымарает он?
Разросся ежевичник,
как привычка –
ломать буханку или рвать батон.
На свежевскопанном не видеть семя,
не различать
за праздной беготнёй –
что ласточка опередила время –
и замерла, как точка,
надо мной.
***
В деревню к нам живые не идут.
Мигает солнце под телами туч –
Тревога греет медленный сургуч:
Тут и почтарь срезает свой маршрут.
Но воздух под ресницами дрожит,
Вздувает выцветшие чёлки штор.
Плетень пророчествует на весь двор.
Припав к земле, внимает шаг самшит.
У гаража змеёй шипит карбид:
Сад прячет ветви – саду нечем крыть.
Бежит по крыше, спрыгивает в сныть:
Сын человеческий, как дождь, стоит.
