Воронцов Алексей - Счастье

СМОТРИ

Смотри, как высоки расстрелянные птицы,
летящие к полярному рассвету.
С картошки снял мундир и теплится в петлицах
святое отражение планеты.

Под светопись костра подходит ширь России -
на травах блики поэтично вязки.
Из будущего к нам дошедшие мессии
сидят по барам и - слагают сказки.

Нет райских уголков, есть угольные шахты,
есть вечный труд и на слуху герои.
Есть даль,
в неё со зла всегда бросали шапки,
которые
донашивают горы.

Поешь, что Бог послал.
По вешкам-старожилам
морзянкой дрожь, мол, ждите, скоро - вьюги.
Два полюса Земли (читай, в крови и в жилах) -
два разных, но
не тянутся друг к другу.

УБОРЩИЦА

У простой уборщицы Ирины
трое одногодок пацанят.
МРОТ, долги. За домом бывший рынок
и задворки, где ветра царят.

Глянет из окна: до неба близко,
а до школы - целый час пешком.
Двадцать лет по телеку министры
обещают: "Будет хорошо!"

Никому уборщица не верит.
Тряпка и ведро - всему цена.
Приходя с работы, скрипнет дверью.
"Как дела?" - прижмётся к пацанам.

"Мама, а у нас опять "пятёрки"!
"Молодцы!" "И ужин для тебя!"
С каждым годом всё темней отёки
на вечерних окнах сентября.

Нет отца у сыновей, однажды
он ушёл к другой в запойный мрак.
Закипит в большой кастрюле каша,
масла нет, но хорошо и так.

Не всегда Ирина спит ночами
и когда молитвы шепчет вслух,
дети друг на друге замечают
крыльев пробивающийся пух.

ПРОХОЖИЙ

- Брат, что для тебя Родина? -
спросил на ходу прохожий.
Я думал: спросил юродивый,
но нет, по лицу - не похоже.
Глаза - любопытны искренне.
Зажата в губах сигарета.
Смущённый искатель истины,
дымящий в затяг против ветра.

В движениях нет агрессии.
Прост, как на воде овсянка.
Морщины на лбу прорезаны
без анестезии всякой.
В щетине устало прячется
румянец печальный, блёклый.
Пальто с шарфом пахнут прачечной.
Дыхание пахнет водкой.

На улице вечер розовый,
как в старой попсовой песне.
Трамвай (не знакомый с розгами)
лениво бежит по рельсам.
Прохожие - равнодушные:
стоим посреди потока.
Висят фонарей жемчужины
на бусах двухфазного Тока.

Прохладно. Светло. Обыденно.
Афишы таят - насмешку:
возможностей больше в Питере,
но круче в Москве, конечно.
А людям давно до лампочки.
Привыкли, что жизнь горбата.
Листва припадает к ямочкам
на добрых щеках асфальта.

Что Родина?..
Стало с годами мне:
КТО Родина - много ближе.
В неодушевлённых зданиях,
прислушайся, камни дышат.
С работы идёшь и вроде бы -
рутина, устал, сейчас бы
в кабак,
но в квартире - Родина:
обнимешь семью
и
счастлив!