Заявки - музыка

ПЕСНЯ О САМАРЕ. Л. Острецов.
Свежий ветер над волной, C E7
Небо дышит синевой. Am E7
Возвышаются в дали Жигули. F C Dm7 G7
А над Волгой над рекой C E7
Разорвав ночной покой, Am E7
Пробуждается от сна город мой. F C Dm7 G7 C

С первым шорохом машин C E7
В блеске окон и витрин Am E7
Отражаются сюжеты городских картин. F C Dm7 G7
Волжских набережных тень, C E7
Парка Струковского сень Am E7
Приютят от дел и зноя в этот летний день. F C Dm7 G7 C

ПРИПЕВ:
Снова над Самарой зазвонят колокола. F G C Am
Быть пророчеству в сердцах. F G `Em A7
Всё плохое в море Волга унесла, Dm7 G7 Em A7
Чтобы город жил в веках. Dm7 G7 C (Dm7 G7)

2к. Во дворах военных дней, где гоняли голубей, C E7 Am E7
Слышен детский смех и гомон, нет его родней. F C Dm7 G7
На Дворянской, на Панской, C E7
В будний день и в выходной Am E7
Мы друзей встречаем лица средь толпы людской. F C Dm7 G7 C

ПРИПЕВ:

3к. Солнце сядет за окном над Рождественским селом, C E7 Am E7
Соберемся вместе мы за одним столом. F C Dm7 G7
Снова вечер. Не беда, что уходят вдаль года. C E7 Am E7
Лишь Самара не стареет никогда. F C Dm7 G7 C

У полуразбитого кем-то стакана
Сидят и беседуют два таракана.
Один таракан, что зовется Геннадий,
Другого по усикам лапкою гладит:

- Ну, че ты, Серега? Не вижу причины!
Ну, че ты трясесся? Уймись, дурачина!
Так было всегда, и так будет, поверь мне,
Пока существуют различные звери...

Другой таракан, что зовется Серегой,
Давно уж не верит ни в черта, ни в бога,
Он пьет дихлофос из осколков стакана,
И это бодрит прусака-великана...

- Геннаха! Не надо! Я все понимаю,
Я, может, поэтому и принимаю,
Мне, может, обидно за нашу квартиру,
За этот кусочек огромного мира.

Ведь сколько живет по углам паразитов?
Одни постоянно, другие - транзитом,
И те, и другие воруют и гадят!
"Ну все, разошелся!" - подумал Геннадий.

Геннадий Сереге плеснул дихлофосу...
- Клопов ненавижу! Они кровососы!
Я им говорю: "Вы б сдавали, ребята!
И вам хорошо, да и людям приятно!"

А эти вампиры воды в рот набрали,
Ну, я их для верности - дезинсекталем,
Ведь кровь у людей можно пить бесконечно,
Но надо ж с улыбкой, тепло и сердечно!

А эта зараза, разносчик заразы?
Ух, крылья бы мне - я б ее кончил сразу!
Жужжит неизвестно о чем, цокотуха,
И все норовит жужжануть прямо в ухо...

Изгрыз паразит-древоточец всю мебель,
И экспорт, и импорт - как-будто и не был...
А моль над текстилем - ну, прям, аж смеется!
И нашим, и ихним фирмам достается...

Серега ругался и лапами дрыгал,
Кричал, что покажет всем этим задрыгам,
Что снимет со всех долгоносиков скальпы
И враз пауку оторвет педипальпы...

И спичку горелую, взяв как дубину,
Серега направился к норам клопиным...
Но том неизвестно чьего сочиненья
Впечатал в обои поборника мщенья...

Он был хороший таракан!
Он был хороший таракан!!
Он был хороший таракан!!!
Он был хорош...
Но таракан...

Человек был тише ночи,
Человек был проще неба,
Только был он добрый очень,
Никогда жестоким не был.

Он ходил от звезды к звезде,
Зажигал от звезды звезду,
Он ходил от беды к беде
И гасил за бедой беду.
Он ходил от цветка к цветку,
Зажигал от цветка цветок,
У ночей отбирал тоску,
Чтобы ты тосковать не мог.
Больше он ничего не умел,
Больше он ничего не хотел!

Человек был словно лучик,
Словно солнечный осколок,
Он хотел, чтоб стало лучше,
Чтобы грустный стал веселым…

Он ходил от звезды к звезде,
Зажигал от звезды звезду,
Он ходил от беды к беде
И гасил за бедой беду.
Он ходил от цветка к цветку,
Зажигал от цветка цветок,
У ночей отбирал тоску,
Чтобы ты тосковать не мог.
Больше он ничего не умел,
Больше он ничего не хотел!

От его незлого смеха
Сколько раз светлели лица...
Но убили человека
В сорок первом, на границе…

Но опять от звезды звезду
В синеве кто-то вновь зажег
И опять за бедой беду
Человек погасить помог.
Он идет от цветка к цветку -
Зажигать от цветка цветок,
У ночей отбирать тоску,
Чтобы ты тосковать не мог…
Так пошла от тропы тропа,
Так зажглась от судьбы судьба!
Так зажглась от судьбы судьба!..

Когда всю ночь спокойно и бесшумно
Штрихует окна снега пелена,
Стоят дома торжественно и умно,
Решения подсказывают вам.
Но вы бредете ко всему глухие,
И никого на свете больше нет,
И вам почти не вспомнить, что такие
Когда-то были вы в шестнадцать лет.

[Припев:]
Но пройдет зима, оживут дома,
Зашевелятся льдины рек,
И ты придешь сама, и он сойдет с ума,
И ты останешься с ним навек.

Но может все сложиться по-другому,
И долгой утомленная пургой
Ты, может быть, уедешь жить к другому,
И он тогда останется с другой.
И будешь ты стремиться в этот город,
Где вами все исхожено пешком,
Где он бредет, и снег летит за ворот,
И спят в ночи февральской двор и дом.

[Припев]

И хочется, чтоб вам цветная вьюга
Другой не рисовала эпилог,
Чтоб все-таки вы встретили друг друга
В конце своих запутанных дорог.
Ведь кто-то же за нами наблюдает,
Кому дано заранее все знать,
И он ни про кого не забывает,
И что нам остается? – только ждать...

[Припев:]
Что пройдет зима, оживут дома,
Зашевелятся льдины рек,
И ты придешь сама, и он сойдет с ума,
И ты останешься с ним навек.

­Вот идет по свету человек-чудак,
Сам себе печально улыбаясь,
В голове его какой-нибудь пустяк,
С сердцем, видно, что-нибудь не так.

Приходит время, с юга птицы прилетают,
Снеговые горы тают и не до сна.
Приходит время, люди головы теряют,
И это время называется весна.

Сколько сердце валидолом не лечи,
Все равно сплошные перебои,
Сколько головой о стенку не стучи,
Не помогут лучшие врачи.

Приходит время, с юга птицы прилетают,
Снеговые горы тают и не до сна.
Приходит время, люди головы теряют,
И это время называется весна.

Поезжай в Австралию без лишних слов,
Там сейчас как раз в разгаре осень,
На полгода ты без всяких докторов
Снова будешь весел и здоров.

Приходит время, с юга птицы прилетают,
Снеговые горы тают и не до сна.
Приходит время, люди головы теряют,
И это время называется весна.