Заявки - музыка

У утеса на макушке
На семи шальных ветрах
Пятипалая церквушка
Поднялась из буйных трав.
На Ивана – на Купала
Золотые купола
В зорьке утренней купала
И плыла, плыла, плыла…

Чуть поодаль деревушка
Затерялась среди ржи.
Старый пес, старик, старушка,
Больше – ни живой души.

Чай дымится, вечер тает,
Скатерть с праздничной каймой.
Дед, закрыв глаза, читает
Прошлогоднее письмо.
У детей все – слава Богу,
Вот и славно старикам.
Они смотрят на дорогу
Голубую, как река.

Подрастают внуки где-то…
Дети просят их простить –
Пишут, что ближайшим летом
Соберутся погостить.

Скрупулезно отмечая
Каждый день календаря,
Старики сидят за чаем,
Ни о чем не говоря.
Ждут гостей не без тревоги:
Дети могут не найти…
Заплутают по дороге
И вернутся с полпути…

А найти их очень просто:
От соседнего села
Мимо леса до погоста,
И потом – на купола.

У утеса на макушке
На семи шальных ветрах
Пятипалая церквушка
Поднялась из буйных трав.
На Ивана – на Купала
Золотые купола
В зорьке утренней купала
И ждала, ждала, ждала…

* Партию домры исполняет Мария Коленбет по нотной росписи автора музыки *

Я слушаю тихое пенье, приставив ладони к лицу,
И старой пластинки шипенье лишь на руку мне и певцу.
Так тих этот голос далекий и глух, удаляясь во тьму,
Как будто в нелегкой дороге ворсинки пристали к нему,
Как будто в нелегкой дороге ворсинки пристали к нему.

Будто бы он слышен, тревожный,
сквозь вкрадчивый шорох дождя,
Будто бы сам певец осторожный
пел в свитере, горло щадя.

Когда ж переводит дыханье певец и секунду молчит,
Его заменяет шуршанье, и, кажется, - время шуршит.
То вдруг приближаясь, то пятясь, выходит тот день из угла,
Когда граммофонная запись так несовершенна была,
Когда граммофонная запись так несовершенна была.

И вижу я столик дубовый
на крашенных ножках резных,
Записи той оттиск готовый,
и несколько проб запасных.
А главное, вижу артиста
и свитер суровый его.
Он шутит: немножко нечисто,
но страшного нет ничего.
(Конечно, немного нечисто, но страшного нет ничего!)

Я слушаю тихое пенье, приставив ладони к лицу,
И старой пластинки шипенье лишь на руку мне и певцу.
Он знает, что высшая радость – не чёткость, любимица всех,
Но дивная шероховатость и пенье средь многих помех,
Но дивная шероховатость и пенье средь многих помех.

.

Какое красивое слово "ладонь"!
В нём слышатся Ладога, доля и Дон,

И женское имя, и нега услад,
И ладана в храме густой аромат,

Скользящая лодка по глади пруда,
С оладьями полная сковорода.

Ладонь - это сцена для яркой луны,
Знак личной стены и признанье вины,

В пустыне спасительная пиала,
Ладонь - изменённая форма крыла,

Ладонь - эсперанто пощёчин и ласк,
Страстей Барселона, запретов Дамаск,

Молитвенный жест, и вода, и огонь…
Как много вмещается в слово "ладонь"!

Алина Тайга — писательница, поэтесса и сказочница, настоящее имя — Галина Михайлина.

НОМИНАТОР Лада Лобанова (Алматы, Казахстан)

1. "Кастаньеты".
Искры страсти, пламя, память
В сердце росчерком кровавым.
Не избыть и не утратить
Моря блеск во взгляде шалом.
Для тебя дорога - славить
Взглядом провожу усталым
Не простить и не исправить
Не довольствоваться малым

Припев. Звон гитары, смех хрустальный,
Руки-крылья, кастаньеты,
За разлукою - свиданье,
За зимой - хмельное лето.

Ты гони печаль и муку,
Лишь сейчас живём, родная!
Пей веселье, а не скуку,
Страстью горести сжигая.
Под оливой конь заждался,
И взывал клинок мой к бою,
Я с любимыми прощался
Под серебряной луною.

Звон гитары, смех хрустальный,
Руки-крылья, кастаньеты,
За разлукою - свиданье,
За зимой - хмельное лето.

Обнимают песни моря,
Плечи, неженые летом,
И волнам неверным вторя,
Требуют вернуться с ветром.

Струны порваны, сгорают
Звезды в пламени рассвета,
Будем живы ли, не знаю...
Море, губы, кастаньеты.
Море, губы, кастаньеты...

Звон гитары, смех хрустальный,
Руки-крылья, кастаньеты,
За разлукою - свиданье,
За зимой - хмельное лето.
Море, губы, кастаньеты.
Море, губы...

Раньше всё было проще: если лучи полощут улицы, скверы, площадь — значит, опять весна. Мама погреет ужин, мы прибежим по лужам, и ничего снаружи не остановит нас. Лево руля, по курсу. Чай будет самым вкусным, то есть такое чувство, словно вкуснее нет, словно по всем приметам мамы и мы бессмертны. Кто-то придумал это, но для других планет. Смерть невозможно бесит, поиск лекарств в процессе. Доводы скоро взвесят, средство изобретут.
Мощное, как цунами, главное заклинание. Свяжется небо с нами, спросит, ну как мы тут.

Выросли, повзрослели. Постер с принцессой Леей где-то за батареей. Велики в гараже. Мама болеет часто. В ручке засохла паста. Нам говорят: ну, баста. Разве уже? Уже.
Раньше всё было раньше, проку орать как банши. Ладно, что, как из башни, выбрались из зимы.

Видишь, как в атмосфере снова летают звери. Я почему-то верю в то, что наверняка ты знаешь лучше прочих: кто-то и днём, и ночью в маленькой белой точке делает облака.

Выступление на фестивале "Рамонский родник" 2025.

НОМИНАТОР ИРИНА МАЛЬЦЕВА г КИРОВ