Заявки - музыка

Объединение авторской песни и гитарного аккомпанемента "Ваганты"

Железный шлем, деревянный костыль -
Король с войны возвращался домой.
Солдаты пели, глотая пыль,
И пел с ними вместе король хромой:

Троянский бархат, немурский шелк
На башне ждала королева, и вот
Платком она машет, завидев полк,
Она смеется, она поет:

Рваная обувь, а в шляпе цветок -
Плясал на площади люд простой...
Он тоже пел, он молчать не мог
В такую минуту и в день такой:

Бой барабанный, знамен карнавал -
Король с войны возвратился домой.
Войну проиграл, полноги потерял -
Но рад был до слез, что остался живой!

Объединение авторской песни и гитарного аккомпанемента "Ваганты"

Hе секpет, что дpузья не pастут в огоpоде
Hе пpодашь и не купишь дpузей.
И поэтому я все бpеду по доpоге
С патефоном волшебным в тележке своей.

Под гpустное pычание,
Под бодpое мычание,
Под дpужеское pжание
Рождается на свет
Большой секpет для маленькой
Для маленькой такой компании,
Для скpомной такой компании
Огpомный такой секpет!

Припев.

Не секрет, что друзья это честь и отвага,
Это верность, отвага и честь,
А отвага и честь это рыцарь и шпага,
Всем глотателям шпаг никогда их на съесть.

Припев.

Не секрет,что друзья убегают вприпрыжку -
Не хотят на цепочке сидеть.
Их заставить нельзя ни за какие коврижки
От безделья и скуки балдеть.

Припев.

Hе секpет, что дpузья в небеса обожают
Уноситься на кpыльях и без,
Hо бpосаются к нам, если нас обижают,
К нам бpосаются даже с небес!

Ах, было б только с кем,
Ах, было б только с кем,
Ах, было б только с кем,
Поговоpить!

Медленно кружится и не кончается
Белою дымкой снежный миг,
Маятник на часах тихо качается
И не считает дней моих.
Выпью вина, поставлю чай...
Вечер грустит, глотая снег.
Что мне ему пообещать,
Чтобы печаль слетела с век?
Ночь неуемная бродит-скитается,
В поисках утра шепчет мне:
Где ты, мое сероглазое таинство —
Видно лишь отблески в окне.
Стихнет на улице метель,
Я попытаюсь промолчать.
Что я могу ответить ей,
Если такая же печаль?
Утренний колокол льется со звонницы,
Благословляя сонный мир,
Снова меня окружила бессонница,
Словно ей белый свет не мил.
Только бы маятник стучал
На расстоянии в ответ —
Ты у себя поставишь чай,
Я выключаю в окнах свет.
Я у себя поставлю чай,
Ты выключаешь в окнах свет.

Александр Ерёмин и Ирина Силантьева
Муз. Александра Захарова

Осень и Я

Горит рассвет рябиновым пожаром,
Блестит роса на травах янтарём.
Недаром я ревную, ох, недаром,
Ты под руку гуляешь с сентябрём.
Ах, милый мой, сентябрь – такая душка,
Он золотом одаривал меня:
«Люблю тебя», - шептал он мне на ушко.
Но без тебя мне ночи нет и дня.
Припев:
Я знаю, ты болеешь только мной,
Хорошая моя!
Любимый мой!

Я ревновал, а надо было верить,
Ведь счастье наше всё же на кону.
Все для тебя открыты настежь двери,
Люблю тебя, поверь, тебя одну.
Ах, милый, не ревнуй меня к повесе.
Его руки коснулась лишь слегка.
Он ветреный, со всеми куролесит...
Любовь моя к тебе так глубока.
Припев.

А я живу душою нараспашку,
Люблю тебя, любовь моя чиста.
Надену нынче новую рубашку
И жить начнём мы с чистого листа.
Ты так хорош в своей рубашке новой,
Я в платье золотом так хороша!
Любовью, как водою родниковой,
Умоется и запоёт душа.
Припев.

Я ВЕРНУЛСЯ
Ю. Визбор

Здравствуй, здравствуй, я вернулся!
Я к разлуке прикоснулся,
Я покинул край, в котором
Лишь одни большие горы,
Меж горами перевалы, -
В том краю ты не бывала, -
Там звезда есть голубая,
В ней угадывал тебя я.

Здравствуй, здравствуй, друг мой вечный!
Вот и кофе, вот и свечи,
Вот созвездье голубое,
Вот и мы вдвоем с тобою.
Наши дни бегут к закату,
Мы, как малые ребята,
Взявшись за руки, клянемся -
То ли плачем, то ль смеемся.

Здравствуй, здравствуй, милый случай!
Здравствуй, храбрый мой попутчик!
Разреши идти с тобою
За звездою голубою.
И на рынок за хлебами,
И с корзиной за грибами,
И нести вдвоем в корзинке
Наших жизней половинки.

(Юрий Донгаузер, Марина Журавлёва, Оксана Власова)

Круглы у радости глаза и велики — у страха,
и пять морщинок на челе от празднеств и обид…
Но вышел тихий дирижер, но заиграли Баха,
и все затихло, улеглось и обрело свой вид.
Все встало на свои места, едва сыграли Баха…
Когда бы не было надежд — на черта белый свет?
К чему вино, кино, пшено, квитанции Госстраха
и вам — ботинки первый сорт, которым сносу нет?

«Не все ль равно, какой земли касаются подошвы?
Не все ль равно, какой улов из вод несет рыбак?
Не все ль равно, вернешься цел или в бою падешь ты,
и руку кто подаст в беде — товарищ или враг?..»
Но, чтобы было все не так, чтоб все иначе было,
наверно, именно затем, наверно, потому
играет будничный оркестр привычно и вполсилы,
и мы так просто и легко все тянемся к нему.

Ах, музыкант, мой музыкант! Играешь, да не знаешь,
что нет печальных, и больных, и виноватых нет,
когда в прокуренных руках так просто ты сжимаешь,
ах, музыкант, мой музыкант, черешневый кларнет!

(Юрий Донгаузер, Марина Журавлёва, Оксана Власова)

Крутит ветер фонари
на реке Фонтанке.
Спите, дети... До зари
с вами - добрый ангел.

Начинает колдовство
домовой-проказник.
Завтра будет Рождество,
Завтра будет праздник.

Ляжет ласковый снежок
на дыру-прореху.
То-то будет хорошо,
То-то будет смеху.

Каждый что-нибудь найдет
в варежках и в шапке.
А соседский Васька-кот
спрячет цап-царапки.

Звон-фольга, как серебро.
Розовые банты.
Прочь бумагу! Прочь перо!
Скучные диктанты.

Замелькают в зеркалах
платья-паутинки.
Любит добрая игла
добрые пластинки.

Будем весело делить
дольки мандарина.
Будет радостно кружить
елка-балерина.

Полетят из-под руки
клавиши рояля.
И запляшут пузырьки
в мамином бокале.

То-то будет хорошо!
Смеху будет много.
Спите, дети. Я пошел.
Скатертью тревога...

Тише едешь - дальше будешь,
Не спеши, прибудешь в срок.
Хоть в кармане держишь кукиш,
Но толкаешь свой возок.
Едешь дальше - едешь тише,
Твой возок уже скрипит,
Потому что он до крыши
Всякой всячиной набит:

Там живут часы с кукушкой
И для денег сундучок,
Табуретка с раскладушкой
И в коробочке сверчок,
Сорок бочек арестантов,
Ворох книжек, два ножа,
И котенок с белым бантом,
И разбитая душа.

Через реки, через чащи
Дни и ночи напролет
Ты возок свой в гору тащишь -
Вниз он сам тебя везет.
Не видать дороги гладкой,
Как ни вглядывайся в даль:
- Волочить его несладко!
Тяжело! А бросить - жаль.

Там живут твои злодейства,
Покаяния и лень,
И любовь, и лицедейство,
И тоска на черный день,
Там мешок твоих талантов,
Неприятностей ушат,
И котенок с белым бантом,
И разбитая душа.

Пока песенка не спета
И пока не вышел срок,
Так и катишься по свету,
Нагружаешь свой возок.
- Как делишки, цел ли сам-то?
Ну и двинем не спеша,
Был бы жив котенок с бантом
Да разбитая душа.

А еще часы с кукушкой
И для денег сундучок,
Табуретка с раскладушкой
И в коробочке сверчок,
Сорок бочек арестантов,
Ворох книжек, два ножа,
И котенок с белым бантом,
И разбитая душа.

Какой большой ветер
Н. Матвеева

Какой большой ветер
Напал на наш остров!
С домишек сдул крыши,
Как с молока - пену,
И если гвоздь к дому
Пригнать концом острым,
Без молотка, сразу,
Он сам войдет в стену.

Сломал ветлу ветер,
В саду сровнял гряды -
Аж корешок редьки
Из почвы сам вылез
И, подкатясь боком
К соседнему саду,
В чужую врос грядку
И снова там вырос.

А шквал унёс в море
Десятка два шлюпок,
А рыбакам - горе, -
Не раскурить трубок,
А раскурить надо,
Да вот зажечь спичку -
Как на лету взглядом
Остановить птичку.

Какой большой ветер!
Ах! Какой вихорь!
А ты глядишь нежно,
А ты сидишь тихо,
И никакой силой
Тебя нельзя стронуть:
Скорей Нептун слезет
Со своего трона.

Я так хочу весну
(сл. и муз. Веры Матвеевой)

Я так хочу весну! Она мне снится по ночам,
она похожа на печаль и на веселье.
Я так хочу весну, чтобы себя умчать
надежд ручьями в океан везенья.

Я буду плыть и плыть, и где-то синева небес
окрасит мои воды весенним цветом.
Я буду плыть и плыть в тот океан чудес,
который где-то есть у края света.

И стану я рекой, и во мне утонет ночь,
и покачнётся радостно мирозданье.
И стану я рекой, чтобы умчаться прочь
от горя, бед и разочарованья.

Но что же ты молчишь? Ты поплывёшь со мной
или проводишь равнодушным взглядом?
Наверно, ты молчишь потому, что всё равно -
прольюсь водою я иль буду рядом.

Но я хочу весну, она мне снится по ночам,
она похожа на печаль и на веселье.
Я так хочу весну, чтобы себя умчать
надежд ручьями в океан везенья.

1. "Права нет!"
В лабиринте стен, среди плоских лиц
Не забыть себя, не пройти границ.
Чтоб вернуться в срок, к тем кто ждёт тебя,
К тем кого собой ты закрыл, любя
Разгадать, понять, отыскать ответ,
На изнанку мир и подсказок нет,
Проходя сквозь страх, сквозь картинный бред,
Права у тебя на ошибку нет

Припев:
Права нет на смерть, и на слабость нет,
Кто-то на тебе завязал сюжет,
Кто-то на тебе свел вдруг все пути,
Нужный лишь один, как его найти.

Ненависть и страх сторожат любовь,
И в руке вино превращают в кровь!
Память гонишь вновь сквозь картинный бред,
Права у тебя на ошибку нет
Ужас с долгом рвут сердце на куски,
Не зови друзей, братьев не зови,
Впереди маяк, позади стена,
Впереди рассвет, позади лишь тьма.

Припев: тот же.

"Адмиралы"
На порогах ревет чьей-то жизни река,
Чей-то берег цветочками устлан.
Как же трудно любить всей душой моряка,
Чья судьба - вне истока и русла,

Чья судьба - океан! Ты люби его так,
Как не всякой случалось невесте,
Чтобы пению флейт пушки рявкали в такт,
Чтобы в карты сложились созвездья.

Так люби, как пред бурею крепнет штурвал,
Как не учит ни кровь, ни обычай.
Чтоб захлестывал палубу пенистый вал -
И назад отступал - без добычи.

Так люби, как вовек ни один не писал
На доске ученической грифель.
Чтобы парус поставленный - не провисал,
Чтоб надежно был в бурю зарифлен.

Научись не бледнеть при поганых вестях,
Не давать жалким сплетникам веры.
Ты люби его так, чтобы пели в снастях
Только крепкие добрые ветры.

Чтоб в бою - чьей-то смерти искала рука,
Смерть его - ставку вновь проиграла!
Невозможно не верить в любовь
моряка,
Хоть матроса, а хоть адмирала.

На порогах ревет чьей-то жизни река,
Как не каждой случалось невесте,
Как же счастливо-больно любить моряка,
Сколько лет бы ни пробыли вместе

Когда вы песни на земле поёте,

Тихонечко вам небо подпоёт.

Погибшие за Родину в полёте

Мы вечно продолжаем наш полёт.

Припев:

Мы вовсе не тени безмолвные.

Мы ветер и крик журавлей.

Погибшие в небе за Родину

Становятся небом над ней.

Мы дышим, согревая птичьи гнёзда,

Баюкаем детей в полночный час.

Вам кажется, что с неба смотрят звёзды,

А это мы с небес глядим на вас.
Припев.

Мы стали небом, стали облаками

И, видя сверху наш двадцатый век,

К вам тихо прикасаемся руками,

И думаете вы, что это снег.

Мы ангелами стали поневоле,

Роняя с крыльев перышки в леса.

И в чистом небе, словно в чистом поле.

Услышите вы наши голоса.

Припев.

Куплет 1.
Я не придумала себе рыцаря, что меня защитит от врагов

Его поступки, морали и принципы говорят за него без слов

По велению сердца отправился в страшный бой на чужой стороне

Обязательно ты со всем справишься и вернёшься героем ко мне

Припев:

За твоею спиной наш мир, словно купол закрытый мы все под твоею защитой

Я молюсь, я за тебя боюсь

За твоею спиной счастливыми могут быть дети и солнце так яростно светит

Благодарю… Я так тебя люблю…

И в бескрайних полях ты глаза не сомкни

Застилают твой путь не цветов лепестки

Под кровавой луной вверх снаряды летят

А с рассветом в тиши только аисты шумят

Куплет 2.

Ты потушишь огонь за границами, а я тебя непременно дождусь

Я не придумала себе рыцаря, я тобой бесконечно горжусь

Припев (первая половина).

Незаметно выстудило дом.
Так у нас заведено – не нами:
Не богата родина теплом,
А богата родина снегами.
Не богата родина теплом.

За добро твоё, и недобро,
Будь ты здесь хозяином ли, гостем,
Родина заплатит серебром
Свежего сугроба на погосте.
Родина заплатит серебром.

Вдоль стеблей засохшей лебеды
Белые барханы гонит ветер.
К горизонту тянутся следы,
Ранний месяц холоден и светел.
(Вокализ)
Снежного раздолья посреди,
Не решусь тепла просить у бога...
Белая дорога позади,
И навстречу – белая дорога.

Незаметно выстудило дом...

С добрым утром!
Мне трамвай улыбнётся смущённо,
Извиняясь, что мест уже нету,
Я иду по родному району
Сам с собой продолжая беседу.
Утро розовым красит панели,
в лица серые глядя с надеждой -
вот уже даже птицы запели
на ветвях свою чистя одежду.

Пусть на миг о делах мы забудем,
улыбнёмся – и нам станет легче,
С добрым утром, хорошие люди!
Я уже тороплюсь к вам навстречу.

Вот троллейбус солидный как боцман,
Выплывает в стремнину проспекта,
В нём студентка чему-то смеётся
Рядом пёс тянет мордочку к свету.
Я люблю этот суетный город,
парки, улицы, реку, кафешки,
Он душою рабочею молод
И на нас смотрит с доброй усмешкой.

Проползёт по мосту электричка
Рассыпая по рельсам стаккато
Свистнет весело мне по привычке
И виляя помчится куда-то.
Новый день – пусть он будет хорошим.
Пусть погода его не обидит.
Город между сегодня и прошлым,
Он всё помнит, всё знает, всё видит.

Это немножечко магия,
Это не баловство.
То, что пишу на бумаге я -
Старое как мир волшебство.
Синею пастой по белому фону -
Попросту нету чернил в магазине.
Я не хотел бы по телефону,
Просто хочу, чтобы было красиво...

Я это сделаю снова,
Знаешь, я сделаю это любя -
Я подарю тебе самое нежное (нужное) (вечное) СЛОВО, -
Которое лишь для тебя.

Вечер. Кошка и кофе.
День лишних слов и забот.
Снова волшебные строфы
Лечат от бед и невзгод.
Только сегодня капали слёзы -
Ранило Слово лезвием душу.
А я подарю тебе – нет, вовсе не розы,
Слово другое, что слёзы осушит.

Всё, что положено – скажется...
Главное – не позабыть.
Судьбы загадочно свяжутся,
Всё, что им надо-то – жить и любить.
Я не хочу, чтобы было натужно,
Нету желанья бросаться словами....
Знаешь, наверное, слов и не нужно,
Если к губам прикоснуться губами.

Мельканьем дней проходит жизнь,
и мы кричим себе: держись,
не потони в однообразье!
И через два десятка лет
решили-таки выйти в свет
нарушить это безобразье.

- Давай к Смирновым Новый год
поедем отмечать в народ,
ты помнишь, раньше было классно!
- К Смирновым нам не по пути,
у них от грусти не уйти,
у них развод единогласно.

- К Потаповым пойдём тогда,
была вкуснейшая еда
и анекдотов много знают!
- Не в этот раз, и не в другой,
отстал от жизни, дорогой,
они на Бали отдыхают.

- Ну, Ивановы точно ждут,
и даже на каток пойдут,
всё, собирайся к Ивановым!
- Какой каток, им не до нас,
уже и в окнах свет погас,
у них внучок родился снова.

Мельканьем дней проходит жизнь,
и мы кричим себе: держись
назло всем скорбям и печалям!
Не превращая мир в музей,
на поиски своих друзей,
поехали по фестивалям!

Я сама себе открыла,
Я сама себе шепчу:
- Я вчера была бескрыла,
А сегодня полечу.

И над улицей знакомой,
И над медленной рекой,
И над старенькою школой,
И над маминой щекой.

Как ни грело все, что мило,
Как ни ластилось к плечу,
Я вчера была бескрыла,
А сегодня полечу.
Над словцом неосторожным,
Над кружащим над листом
И над железнодорожным
Над дрожащим над мостом.

То ли дело - эта сила,
То ли дело – высота!
Я вчера была бескрыла,
А сегодня я не та.
Кто-то Землю мне покажет
Сверху маленьким лужком.
На лужке стоит и машет
Мама аленьким флажком.

Было время: смех и слезы,
Не бывало пустяков,
Слева – грозы, справа – грозы,
Рядом – стаи облаков,
Как ни мучились, ни звали,
Кто остался на лугу,
Я вчера была бы с вами,
А сегодня не смогу.

…А когда за окном уставал бормотать мегаполис,
И ноябрь выдыхал в провода ледяную фольгу,
Ты касалась плеча, согревая мой внутренний полюс,
И вся нервная дрожь исчезала, оставшись в снегу.

Здесь тепло, но не то, что от чашки какао и пледа,
От огня, что внутри разгорается тихо, без слов.
Расслабляются плечи, и хочется двигаться следом,
И без повода радость — в ней только предчувствия зов.

И тепло растекалось, вбирая и вес, и звучанье,
В нём не прятался стыд и не жалилась фальши вражда.
Просто смолкли в груди голоса, правота и прощанье,
И в молчанье вошёл я эдемский свой сад без стыда.

В тишине между нами — не вакуум, просто доверье,
В ней не нужно казаться умней или лучше, чем есть,
Можно просто сидеть и молчать, слушать сердца биенье,
Позволяя душе быть с тобой — и сейчас, и вот здесь.

Ты читала, склонившись под лампой, и прядь выбивалась,
И ложилась на книгу от света случайная тень.
А мне чудилось: счастье — лишь самая малая малость:
Просто видеть твой профиль, быть рядом с тобою весь день.

И в тебе я хотел сохранить это хрупкое чудо.
Ты — стеклянный зверинец: подуешь — и можно разбить.
Чтоб с тобой никогда и нигде не случилось бы худо,
Я, как ангел крылом, постараюсь тебя заслонить…

Когда покой обманчив, тогда по вечерам
Таинственный шарманщик проходит по дворам.
Кто он такой — загадка, сокрыто пеленой,
Но музыка так сладко плывёт над мостовой.
…Мелодия звучит в тиши, как камертон души.

И вот он ручку вертит, и замирает двор,
Душа тогда с душою вступает в разговор.
Душа с душою рядом рождают свой мотив,
Гармонию настроив, обиды позабыв.
…Мелодия звучит в тиши, душа к душе спешит.

Стара его шарманка, прорехи на мехах,
Порой фальшивит валик, рождая в душах страх.
Но только звук собьётся, возникнет диссонанс,
Вмешается шарманщик, давая людям шанс.
….Мелодия скрипит в тиши, рождая крик души.

Когда-нибудь под вечер, шарманщик не придёт,
Никто его не встретит, шарманки звук умрёт.
Сумеем ли мы сами найти тот верный тон,
Своими голосами настроить камертон?
….Чтоб музыка лилась в тиши, как камертон души.

Всю ночь мела позёмкою метель
Серебряных снежинок карусель
Мир словно замолчал, пришла зима
Покой и тишину нам принесла

И замерло вокруг, всё до весны
И только слышен звук твоей струны
С природой в унисон, поёт она
О вечности любви и бытия

А утром знаю всё, изменится
Мир новый в белое оденется
День снова пробудится ото сна
И мы начнём всё с чистого листа

Снег ложился тихо в декабре
Заметая улочки, дорожки
Ледяным узором на стекле
Рисовал Мороз свои цветочки

Рисовал от сердца и дарил
В каждое оконце и витрину
Чтоб о нём никто не позабыл
Как он волшебством украсил зиму

И вечерней позднею порой
Прикрывая варежками лица
Торопились мы скорей домой
Чтоб в тепле от холода укрыться

Только ты без устали крепчал
И кусал доверчивых прохожих
Ты наверно дом свой потерял
В этой суете неосторожно.

Когда внезапно возникает
Еще неясный голос труб,
Слова как ястребы ночные
Срываются с горячих губ,
Мелодия как дождь случайный
Гремит и бродит меж людьми,
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви.
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви.

В года разлук, в года смятений,
Когда свинцовые дожди
Лупили так по нашим спинам,
Что снисхождения не жди,
И командиры все охрипли,
Тогда командовал людьми
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви,
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви.

Кларнет пробит, труба помята,
Фагот как старый посох стерт,
На барабане швы разлезлись,
Но кларнетист красив, как черт,
Флейтист как юный князь изящен,
И вечно в сговоре с людьми,
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви,
Надежды маленький оркестрик
Под управлением любви.

Плывут немые облака,
Светла дорога,
По ней прозрачна и легка
Скользит пирога.
Скользит пирога над землёй
В лучах рассвета
И мальчик спит в пироге той
Похож на лето.

Он спит не ведая куда
Несет теченье
И жизнь не радость, не беда,
А приключенье.
Рука не трогает весла
Несёт пирогу,
Вода прозрачна и светла
И слава Богу.

Сойдется тихая река
С рекой познаний
И образуется река
Воспомининий.
И покачнется тяжело
Его пирога,
И он возьмется за весло
И слава Богу.

Он поплывет через моря
И океаны,
И он увидит как горят
Сердца и страны.
Ночей и будней штормовых
Случится много,
Но он останется в живых
И слава Богу.

Пирога по небу парит
В седую просинь,
В пироге той сидит старик –
Похож на осень.
Рука не трогает весла
Несёт пирогу,
Вода прозрачна и светла
И слава Богу.

На столе от лампочки круг,
а за кругом в комнате мрак.
В круге сразу видно, кто друг,
кто во мраке - ясно, что враг.

Девочка рисует дома,
над домами вьются дымы,
и еще не знает сама,
кто чужие здесь, а кто - мы.

Вот опять возводится дом,
а над домом тянется дым.
Все плохое будет потом,
все хорошее создадим.

А под дымом варится суп,
чтобы каждый в доме был сыт.
Тот, кому захочется спать,
сам на полночь ставит часы.

А за домом высится сад -
там деревьев несколько сот.
Яблоки на ветках висят -
сами так и просятся в рот.

Что для жизни надо - все есть.
Чего нету - значит, пустяк.
Решено - мы жить будем здесь,
Решено - мы жить будем так.

Нарисуем старых друзей,
не заметим новых врагов.
В этом мире все любят всех
и до смерти здесь далеко.

Здесь покой - извечный закон.
Незнакомо здесь слово "вдруг"...

...Жалко, что кончается он
там же, где от лампочки

Номинатор Перекоренко Александр

Не так закат горит, листва не так густа —
Так осень говорит устами августа.
И носят стаи птиц многоголосия,
И небо смотрит вниз глазами осени.

И мы в тот день и час спустились с облака,
На Яблоневый Спас вкусили яблока,
И каждый повторял: «Как плоть твоя вкусна!»
И Бог нас потерял в объятьях августа.

И были на земле такие сумерки,
Мы плавали во мгле, как будто умерли.
А звезды в том году созрели неплохи
И падали в саду — совсем как яблоки.

И я кричал: «Лови! Лови, пожалуйста!»
Желания твои во власти августа.
На Яблоневый Спас, что ни попросим мы,
Господь глядит на нас глазами осени.

Под этим снегом спит моя земля,
Моя трава и мой цветок заветный.
Как волны за бортами корабля,
Сугробы наплывают в час рассветный

Фонарь во мгле мерцает маяком,
И мачтою скрипит под ветром тополь...
Переплываешь сквер одним рывком,
Захлебываясь вьюжистым потоком

И в этой зыбкости, в болтанке штормовой,
Ведя за ручку сонного ребенка,
Ты задеваешь звезды головой,
Чтоб знал, как хорошо с тобой, как звонко

Как ничего не страшно, как светло,
Как нежно, как таинственно, как свято!..
Как сердце высоко твое цвело
Над снеговыми безднами Арбата...

Как пело, как серебряно мело,
Как весело, как плавно вы летели,
Как сердце высоко твое цвело
И улыбалась боль в крылатом теле

Светает — с дождя начнётся день.
Растает во сне родная тень.
Настанет эпоха мне губя,
Пусть знает бегу Я от себя.
Неважно, какой у нас мотив,
Пусть страшно — ты загляни в архив,
Где письма не посланы тебе,
Нет смысла перечить вновь судьбе.

Припев:

Пусть
разлетаются письма —
В них нету смысла,
В них нету чувства.
Там нет символизма
Нет романтизма,
Нету искусства.

Пусть разлетаются по ветру —
Я комнату проветрю.
Уйти не зубуду.
Пусть зима нас всех повяжет,
Снег в комнате заляжет —
Я плакать не буду.

Куплет 2:

Я знаю — талант не сожаленье,
Но таю от лишь прикосновенья
Мечтаю — ты только вдохновенье,
Сажаю заряд лишь за мгновение.

Я знаю
Меня нет в твоих мыслях,
Нет в твоих смыслах,
Нет в твоих числах.
А мне больше нет смысла
Больше не искренне
Верю я истине.
Тишина вдруг повисла,
Не жди мои письма.

Пусть летят мои мысли —
В них больше нет смысла,
В них больше нет чувства
Туда, где звёзды зависли,
На нитках повисли.
Туда, где море безумства…
Море.

C A7 Dm
Здравствуйте, товарищи участники!
G7 C G7
Ветер мнет палаток паруса,
C A7 Dm
Горы, накрахмаленные тщательно,
G7 C E7
Гордо подпирают небеса.

Припев:
Am Dm
Радостным пусть будет расставание!
G7 C E7
Наши огорчения - не в счет.
Am A7 Dm
Горы - это вечное свидание
E E7 Am
С теми, кто ушел, но кто придет.

Ах, зачем вам эти приключения?
Можно жить, ребята, не спеша.
Но исполнен важного значения
Каждый высоту дающий шаг.

Припев

За горою вечер догорающий.
Путь наш и не легок, и не скор.
И живут в сердцах у нас товарищи,
Те, кто больше не увидит гор.

Припев

Но зато, вернувшись с восхождения,
Чаю мы напьемся от души,
И горит в глазах до изумления
Солнце, принесенное с вершин.

ПЕСНЯ О САМАРЕ. Л. Острецов.
Свежий ветер над волной, C E7
Небо дышит синевой. Am E7
Возвышаются в дали Жигули. F C Dm7 G7
А над Волгой над рекой C E7
Разорвав ночной покой, Am E7
Пробуждается от сна город мой. F C Dm7 G7 C

С первым шорохом машин C E7
В блеске окон и витрин Am E7
Отражаются сюжеты городских картин. F C Dm7 G7
Волжских набережных тень, C E7
Парка Струковского сень Am E7
Приютят от дел и зноя в этот летний день. F C Dm7 G7 C

ПРИПЕВ:
Снова над Самарой зазвонят колокола. F G C Am
Быть пророчеству в сердцах. F G `Em A7
Всё плохое в море Волга унесла, Dm7 G7 Em A7
Чтобы город жил в веках. Dm7 G7 C (Dm7 G7)

2к. Во дворах военных дней, где гоняли голубей, C E7 Am E7
Слышен детский смех и гомон, нет его родней. F C Dm7 G7
На Дворянской, на Панской, C E7
В будний день и в выходной Am E7
Мы друзей встречаем лица средь толпы людской. F C Dm7 G7 C

ПРИПЕВ:

3к. Солнце сядет за окном над Рождественским селом, C E7 Am E7
Соберемся вместе мы за одним столом. F C Dm7 G7
Снова вечер. Не беда, что уходят вдаль года. C E7 Am E7
Лишь Самара не стареет никогда. F C Dm7 G7 C

Не реви (Раиса Нурмухаметова)
Ля ля ля ля ля: Dm7 G7 C C | Dm7 G7 C G7
C C Dm7 G7
1. Мы выходим каждый раз на прогулку
C C Gm C7
И от самой, и от самой двери
F Fm Em7 A7
Разгоняя непогоду и скуку
D7 Dm7 G7 C C7
Мы друг другу говорим: «Не реви!» (2раза)

2. А с чего-то нам реветь, в самом деле.
Даже кошка не ревёт, посмотри.
Если встретится зареванный Деня,
Скажем Деньке: «Ну хоть день не реви» (2 раза)

Ля ля ля ля ля: Dm7 G7 C C | Dm7 G7 C G7
A7| D D Em A7
3. А к соседям прилетела Жанетта
D D Am7 D7
Из Парижу, не из Тулы, Твери.
G Gm F#m H7
Чтоб Жанетточка смеялась всё лето.
Em A7 D D7 (A7 -2 раз)
По французски скажем ей: «Не реви!» (картаво 2раза).

4. Научили всех, от Маши до Паши.
Только выйди, только дверь отвори.
Все ребята и родители наши
Вместо «Здрасте!» говорят: «Не реви!» (2 раза)

Ля ля ля ля ля: Em7-5 A7 D D | Em7-5 A7 D G7

5. Ну, а если кто-то нас не расслышал, C C Dm7 G7
Иль не хочет нас понять, хоть умри. C C Gm C7
Мы готовы прокричать даже с крыши, F Fm Em7 A7
Даже с Марса прокричать: «Не реви!» (2 раза) D7 Dm7 G7 C C7(С)

1 куплет
Помолитесь за нас перед боем, пусть слышит Спаситель,

За победу свечу пред иконой заветной зажгите.

Верьте, в битве кровавой молитва бойца защищает,

Вражью руку отводит, от пуль и снарядов спасает

Припев:
Ну а если уж пасть суждено нам за правое дело,

Белых ангелов стая умчит наши души на небо.

Перед Господом встанем мы, как на военном параде,

Пусть узнает, что жизни в боях за Россию отдали,

2 куплет
Поднимаясь в атаку, от клятых врагов защищая,

Чтобы вечно жила наша Русь, и Отчизна родная!

Помолитесь за наших детей, пусть услышит Спаситель,

И хранит вас от бед! Вы хотя бы Его попросите...

Припев (2):
Ну а если уж пасть суждено нам за правое дело,

Белых ангелов стая умчит наши души на небо.

Помолитесь за нас перед боем, пусть слышит Спаситель,

За победу свечу пред иконой заветной зажгите.

Не даётся музыка,ходит кругом
Одинокой нотой сидит в голове
Убегает в город гонять голубей
За трубой на крыше ночует тайком

От чего бы проще да на раз два три
Слов набрать в ладони, позвать прикормить
А она отпрыгивает на карниз
И от туда взглядом зелёным искрит

Не даётся музыка,как приручить?
А в бессонный час вдруг прижмётся к плечу
До неё дыханием дотронешься чуть
И она на ушко тебе заурчит

Разбросала косы русые берёза
Раскраснелись щёки с сильного мороза
Дым над крышей тонкой ниточкой струится
Значит будут звёзды литься
В темноте январской ночи

По старинке ноги в валенки обую
И по снегу как по звёздам в ночь уйду я
В дом где ветер тихо хлопает калиткой
По дорожке лунной зыбкой
Я прийду к друзьям старинным

Меня встретят и за стол посадят с миром
Вместе вспомним всё,что быть могло и было
Будут песни те, что так любимы нами
Мы затянем их с друзьями
И польются песен звуки

Разбросала косы русые берёза
Раскраснелись щёки с сильного мороза
Долго будет этот вечер вспоминаться,
Но пора нам собираться
В путь далёкий,край родимый

Чутко горы спят, Южный Крест залез на небо,
Поплыли вниз долины облака.
Осторожней, друг, ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар!

Может стать, что ты смерть найдёшь за океаном!
И всё же ты от смерти не беги.
Осторожней, друг, даль подернулась туманом,
Сними с плеча свой верный карабин!

Ночью труден путь, на востоке воздух серый,
Но вскоре солнце встанет из-за скал,
Осторожней, друг, тяжелы и метки стрелы
У жителей страны Мадагаскар!

Южный Крест погас в золотом рассветном небе,
Поднялись из долины облака.
Осторожней, друг, ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар!

Уплывает, уплывает, уплывает пароход,
В предрассветной дымке тает провожающий народ
И береговые грёзы тонут в пенистом кольце,
То ли ветер выбил слёзы, то ли брызги на лице.
Высокая волна с берега видна,
А берег плохо виден за волной.
И все глядят назад,
А солнце бьёт в глаза,
Раскачивая тени за спиной.
Уплывает, уплывает, уплывает пароход,
От тоски и от печали, от разлук и от невзгод.
Кто-то верит, и не верит, все правы и неправы,
Будут беды и потери выше крыш и головы.

слова и музыка Александр Краснопольский

Бессчётны были войны на миру.
Бесчисленны молчания века.
Но вот однажды на степном ветру
Стяг осенил кровавый сон древка.
Свирепый княжий гнев на всём скаку
Летит за жизнью воина стремглав,
Но он напишет "Слово о полку..."
И грянет Русь во все колокола.

Набухли кровью и горят во мгле
Всех летописей шрамы строк косых.
Велик народ , поднявшийся с колен
Вдвойне велик, его воспевший сын.
Где недруги, где братья - всё одно
Не разобрать в пороховом дыму,
Но он напишет про Бородино
И Русь ещё поклонится ему.
Не будет злу победы над добром
Но надо ли на вздыбленной земле
Приравнивать к оружию перо.
Оно, подчас, гораздо тяжелей.
Пусть время хлещет пострашней свинца
И легче умереть, чем упрекнуть,
Но он напишет книгу про бойца
Что выиграл великую войну.

Поэты грозных дней что было сил
В кольчугах, эполетах, кирзачах
Во все века всю правду о Руси
Из боя выносили на плечах
Жизнь отгремела ветром над страной
Но Ваше слово унесёт по ней
И стяг трепещет пламенной строкой
И колокол не плавится во огне.

Чутко горы спят,
Южный Крест залез на небо,
Спустились вниз в долину облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.

Может стать, что смерть
Ты найдёшь за океаном,
Но всё же ты от смерти не беги.
Осторожней, друг, —
Даль подёрнулась туманом,
Сними с плеча свой верный карабин.

Ночью труден путь,
На востоке воздух серый,
Но вскоре солнце встанет из-за скал.
Осторожней, друг, —
Тяжелы и метки стрелы
У жителей страны Мадагаскар.

Южный Крест погас
В золотом рассветном небе,
Поднялись из долины облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.

Маша
Подходит к краю крыши
И машет с крыши,
Слышу: «Гудбай, май бэби!»
И отрывает тело,
И расправляет крылья,
И улетает в небо.

Маша летит по небу,
Каркает – птица птицей,
Храбрых безумству вторя.
Тут налетает как бы ветер
И как бы нашу Машу
Бросает в море.

Бьётся в испуге сердце –
Между хвостом и клювом,
Между собой и долгом,
Между «нельзя» и «надо».

Маша роняет в море
Руки, и ноги тоже,
И остальное тело.
Дело уже не столько даже
В какой-то Маше,
Дело в самом примере.

Море – всего лишь символ,
Маша – всего лишь образ,
Важно понять всё это,
И позабыть сейчас же.

Маша плывёт – а как же?
Плещется – рыба рыбой,
Смотрится – дура дурой!
Машу не жрут акулы,
Машу попробуй скушать,
Маша уже на суше

Маша находит руки
И приставляет ноги,
Ноги встают и ходят!
Но не одни, конечно, ходят,
А вместе с Машей,
Машу выводят

Прямо к родному дому,
К жёлтым, как сажа, стенам,
К окнам в железных шторах
И к простыням в горошек.

Машу встречает самый
Главный по сну и мозгу,
Строгий и лысый очень.
Он назначает Маше
Клизму, укол и кашу.
И пересадку почек.

Маша не любит почки
И презирает клизму,
И ненавидит кашу,
И обожает крыши.

Маша
Подходит к краю крыши
И машет с крыши,
И расправляет крылья,
И улетает в небо,
Маша немного crazy,
С каждым случиться может,
Может и не случиться,
Важно учиться плавать
Кролем, и даже брассом,
Брассом, конечно, лучше,
Если не можешь кролем,
Полем и лесом тоже,
Боже, какая лажа!..

Ты придёшь на склоне дня,
Молча сядешь у огня:
Снова в доме у меня —
Званый вечер.

Хлынет прошлое рекой,
До тебя подать рукой,
Но поёт за упокой
Рваный ветер.

И опять, будто нож,
Полоснёт сердце ложь,
Ложь — разлучница.
Скажет — как ни крути,
Дважды в реку войти
Не получится.

Голос твой в тишине
Отзовётся из невозвращения
Ты меня позови —
Не бывает любви
Без прощения!

Припев:
Расстаться, наверное, проще всего,
И время пусть нас рассудит…
Но знай — у тебя никогда никого
Роднее меня не будет.

Конечно, всё можно забыть навсегда,
И память, дай бог, обманет…
Но знаю — никто для меня никогда
Роднее тебя не станет.

Ход часов не унять,
Значит, скоро опять
Расставание.
Смолкнет песня моя,
Увеличивая
Расстояние.

Ты мне скажешь: «Прости…»,
Ты захочешь уйти
И не справишься.
На пороге слезы
Бросишь взгляд на часы
И…останешься.

Припев:
Остаться, пожалуй, труднее всего,
И время пусть нас рассудит.
И знай — у тебя никогда никого
Роднее меня не будет.
Конечно, всё можно забыть навсегда,
И память, дай бог, обманет.
Но знаю — никто для меня никогда
Роднее тебя не станет.

Ты придёшь на склоне дня,
Молча сядешь у огня:
Снова в доме у меня
Званый вечер…

Когда с тобой на дальнем расстоянии
Нам сняться одинаковые сны,
Судьбы моей короткое дыхание
Сливается с дыханием весны.
И кажется воздушный шар отвяжется,
И нам с тобой лететь, лететь, лететь,
А как на самом деле там окажется,
Конечно, никому не разглядеть.
Припев:
Угадать не дано,
никому наперед,
Может быть,
как в кино всё и произойдет
А может ничего не ожидается,
Мы только потеряем много лет.
Не каждому удача улыбается)
И дарит пригласительный билет.
Но, если и случится так отчаяться,
Дай Бог нам ничего не натворить.
Синоптики с погодой ошибаются,
А что уж там о жизни говорить.
Припев.
Но всё же, если честно, очень хочется,
Чтоб нам с тобой случайно повезло
И, не смотря, на разные пророчества
Прошло бы стороной любое зло.
И чтобы наша жизнь текла размеренно,
И оба мы спешили бы домой.
И время — то, что небом мне отмерено,
Провел я исключительно с тобой…
Припев.
Когда с тобой на дальнем расстоянии
Нам сняться одинаковые сны,
Судьбы моей короткое дыхание
Сливается с дыханием весны.

Ансамбль клуба авторской песни ЦДА "МУЗ_ПРОЕКТ" В.Афанасьев, Е.Щукина (вокал), И.Филиппов (баян), К.Плискин (кахон), И.Константинов (скрипка)

ПРЕДЧУВСТВИЕ
Автор: Сергей Клычков

Золотятся ковровые нивы
И чернеют на пашнях комли...
Отчего же задумались ивы,
Словно жаль им родимой земли?..

Как и встарь, месяц облаки водит,
Словно древнюю рать богатырь,
И за годами годы проходят,
Пропадая в безвестную ширь.

Та же Русь без конца и без края,
И над нею дымок голубой -
Что ж и я не пою, а рыдаю
Над людьми, над собой, над судьбой?

И мне мнится: в предутрии пламя
Пред бедою затеплила даль
И сгустила туман над полями
Небывалая в мире печаль...

Золотятся ковровые нивы
И чернеют на пашнях комли...
Отчего же задумались ивы,
Словно жаль им родимой земли?..

Эта черепаха – чудо из Италии,
Лежа на диване, потеряла талию.
Ползала по берегу, плавала в Америку,
А потом в Австралию.
В солнечной Австралии,
На далеком берегу
Эта черепаха повстречала кенгуру
«Вы случайно не видали,
Когда мимо пробегали, черепашью талию?»
Отвечала кенгуру:
«Я, конечно, посмотрю»,-
И достала из кармана два,
Нет три пера от какаду.
И еще пошарила,
Но в кармане маленькую
Обнаружила дыру. Ну!..
Перья попугай подобрал
И подумав, важно сказал:
«Чтобы талию найти,
Дам совет вам, так и быть,
Я в одном журнале читал.
И журнал «Здоровье»
Этот попугай достал
Прочитал он важно,
Ну, буквально по слогам
«Не лежите на диване
И не ешьте каши манной,
Бегайте хотя бы по утрам!» / 3 раза

В далёком Нью-Йорке Рокфеллера внучка
(Иль дочка – но нам всё равно)
Тоскует, рыдает – ей грустно и скучно,
И замуж пора бы давно.

На выбор имеются три кандидата:
Шатен, и брюнет, и блондин,
Одобрены мамой и папой, богаты…
Не нравится ей ни один!

Ей так надоели занудные янки,
Коктейли, приёмы, дресс-код,
И речи про акции, цены и банки,
И всё это из года в год!

Слыхала она, что в далёкой России
Есть город Сибирь средь тайги,
И в этом Сибире, там, дескать, такие
Мужчины… О, нет! – му-жи-ки!

Девчонка томится и горестно плачет,
Слеза орошает диван…
Ей снится таёжный заснеженный мачо -
Ядрёный сибирский Иван!

Но это обычай богатеньких дочек –
Хотелки ей все по плечу,
Привыкла всегда получать то, что хочет,
Сказала: "Ивана хочу!

Я сердце и деньги отдам лишь Ивану
(Был в голосе этом металл),
Иначе я старою девой останусь,
И пропадёт капитал!"

И сдАлись девчонке богатые предки,
Решился семейный совет –
Её отпустили, как птичку из клетки…
А дальше настал «Happy end».

Чем жарче день, тем сладостней в бору
Дышать сухим смолистым ароматом,
И весело мне было поутру
Бродить по этим солнечным палатам!

Повсюду блеск, повсюду яркий свет,
Песок — как шелк… Прильну к сосне корявой
И чувствую: мне только десять лет,
А ствол — гигант, тяжелый, величавый.

Кора груба, морщиниста, красна,
Но так тепла, так солнцем вся прогрета!
И кажется, что пахнет не сосна,
А зной и сухость солнечного света.

И кажется, что пахнет не сосна,
А зной и сухость солнечного лета.

Лечу по серому шоссе.
А ветер листья носит.
И я от ветра окосел,
И я глотаю осень.
Я распрощался навсегда
Со школою постылой!
И в лужах квакает вода,
Как пробки от бутылок.
Я пролетаю над землей
И весело и льдисто.
И даже ветер изумлен
И велосипедисты.
Кукушка хнычет: «Оглянись!»
Кукушка, перестаньте!
Кукушка, вы ж анахронизм,
Вы клякса на диктанте.
И, содрогаясь до корней,
Мне роща просипела:
— Ты самый сладкий из парней,
Король велосипеда.
Ты по душе пришелся мне,
Веселый, словно прутик.
И мне милее старых пней
Тот, кто педали крутит.
Храбрись, король! — И я храбрюсь.
Свистит, как розги, хворост.
И я лечу по сентябрю
И сохраняю скорость.
Щекочет ветер мой висок.
Двенадцать лет всего мне…
А дальше хуже было все.
И дальше я не помню.

А ночь надо мной распустила хвост -
Павлиний хвост небес.
Я - Мальчик-с-пальчик, я хворост принес,
Пустите меня к себе!

Где много света и много людей,
В камин связку лет и бед!
Харун ар-Рашидом я был везде,
Пустите меня к себе!

Я буду наряден, как Кот в сапогах,
Поймаю вам мышь на обед.
И кое-что смыслю я и в коньяках,
Пустите меня к себе!

Вся в желтом и красном осень-маляр
Раскрасила холст небес...
А я продолжаю вас умолять:
- Пустите меня к себе!

Я снова иду по земле людей,
Добрей стал, а кожа - грубей.
Я Рип ван Винкль, сто лет спал нигде -
Пустите меня к себе!

Добрей и ненужней найди короля,
Я этим обязан судьбе.
Я глупый философ, я ослик Иа,
Пустите меня к себе!

Два ангела:
Как друг о друга мы расшиблись
Обиды делим на весах.
Наверно - ангелы ошиблись,
Нас обручив на небесах.
Скребут всю ночь на сердце кошки
За бороздою борозду.
Твой ангел видит свет в окошке.
Мой ангел смотрит на звезду.

Когда судьбу ломает ветер,
Беда навалит, всё круша -
На огонек, что ближе светит,
Летит несчастная душа.
Летит, хватаясь за былинку,
В чужую душу напролом...

Ты помнишь нас тогда в обнимку
В раю, за кухонным столом -

Где были сладки хлеба крошки,
Где вечерами неспроста
Горела в сумрачном окошке
Над нашим городом звезда.
Звезда горела ярче свечки
На кухне много лет подряд...
Твой ангел слишком был доверчив.
А мой, конечно, виноват.

Из-за окна на подоконник
Вода бессмысленно бежит...
И бывший рай во мраке тонет,
И дверь никто не сторожит.
И мы живем, как понарошку,
Молчим, уставясь в темноту...
Твой ангел видит свет в окошке.
Мой ангел смотрит на звезду.

Крылья креста равнодушно прямы, выбрать из них не нужна сноровка
на перепутье оконной рамы
села случайная божья коровка

что же тут думать
вперед ползи
в черный горох, насекомое

ты из-за рамы мне принеси
что-нибудь знакомое.